• Экс первая ракетка мира Марат Сафин: «Это были прекрасные двенадцать лет»

    08.09.09 02:44

    Экс первая ракетка мира Марат Сафин: «Это были прекрасные двенадцать лет» - фото

    Фото: EPA / VOSTOCK-Photo

    Целая эпоха тенниса уходит вместе с Маратом Сафиным. Его обожают болельщики: в Нью-Йорке билеты на его матч пользовались особым успехом. Потому что все давно знали: россиянин играет свой последний турнир Большого шлема. Жаль, что Марат проиграл так быстро и не дал всем насладиться его последним US Open. Но его провожали как победителя, ведь все помнят, как совсем недавно именно Сафин держал над головой почетный трофи Нью-Йорка. Его любят журналисты: таких насыщенных и откровенных пресс-конференций в туре не дает никто. Марат не боится высказывать своего мнения. Пусть даже кому-то оно покажется неприятным. И конечно, всем импонируют трогательные отношения Марата с его сестрой Динарой, которую сегодня он вынужден опекать и защищать.

    Ни о чем не жалею

    — Вы отыграли свой последний матч в турнире Большого шлема. Что чувствуете?
    — Да все нормально. Это конец. Я мог, конечно, и получше закончить карьеру в турнирах Большого шлема, но что поделаешь. Я не разочарован тем не менее. И я больше не переживаю по поводу поражений.

    — А что вы чувствуете по поводу поражений?
    ­— Ничего. Абсолютно.

    — Что вы переживали, когда принимали решение о завершении карьеры?
    ­­— Я очень долго думал. Мне было сложно принимать это решение. Но теперь я считаю так: это просто новый этап в моей жизни. Я ухожу из тенниса, и мои мысли скорее вне корта, чем на нем.

    — Вы сыграете еще какие-то турниры?
    — Да, у меня еще пять турниров в расписании. Какие-то из них я сыграю. Я еще в прошлом году собирался уходить. Но потом мне позвонил агент и нашел стимул пограть еще год. Так что я решил: о’кей, но в последний раз. И теперь я своего решения менять не собираюсь. Наверное, где-то с ноября прошлого года я живу с уверенностью, что это последний сезон. И я доволен своим решением.

    — Если бы у вас была возможность изменить одну вещь в вашей карьере, что бы это было?
    — Ничего. Абсолютно. Я бы прошел свою карьеру заново. В том виде, в каком она у меня была.

    ­— Что вы больше всего любили в туре и что меньше всего?
    — Да я не хочу что-то выделять. Тут всегда что-то другое, есть просто хорошие моменты для тебя лично, есть плохие. Это личное дело каждого.

    — Тот же Андре Агасси играл до 36 лет. Почему вы не хотите? Теннис вас утомил? Или вы просто другой?
    — Думаю, что второе. То, что теннис меня утомил, — не то определение. Просто я им наелся. Я достиг всего, о чем мечтал, и теперь хочу заняться чем-то другим.

     

    — Чем именно?
    — Посмотрим. Определенно я хочу отойти от теннисной сцены и попробовать себя в чем-то совершенно ином. У меня много времени ушло на то, чтобы обдумать все это. Мне нравится это чувство. Потому что это была долгая гонка, и теперь мне нужно время на отдых. Я устал. Это были прекрасные 12 лет.

    Это похоже на зоопарк

    ­­­— Не пожалели, что заранее объявили о своем намерении уйти?
    — В какой-то степени, потому что мне задавали слишком много вопросов о том, чем я теперь займусь, почему я ухожу, и все тому подобное. Я отвечал на тот же самый вопрос тысячи раз. Просто зайдите в Интернет и посмотрите предыдущие аналогичные интервью! Впрочем, осталось совсем недолго. Я осилю.

    — По чему вы будете скучать?
    — Вот это хороший вопрос. Я думаю, мне надо на какое-то время удалиться от тенниса, чтобы понять, по чему я буду скучать. Смогу ответить, наверное, через год. Мне нравятся все эти разъезды и переезды. Это классная жизнь. С другой стороны, приходится много тренироваться. Выходить на корты. Например, тут, в Нью-Йорке, первые дни все было больше на зоопарк похоже. Миллион людей вокруг: братья, сестры, мамы, папы, бабушки и какие-то еще люди кругом. Это утомляет. Но при этом ты ждешь поездки в Нью-Йорк, потому что это очень красивый город. Люди хорошо к тебе относятся. Ты платишь за все тем, что оставляешь все свои нервы на корте.

    — Когда-то вы говорили, что закончите тем, что будете собирать бутылки в Москве...
    ­— Такую возможность исключать нельзя.

    — Эта трудная долгая дорога, о которой вы говорили, того стоила?
    — Однозначно да. Я работал сам на себя. У меня никогда не было богатого папы или семьи, которая платила бы за все. Поэтому, чтобы что-то получить, мне приходилось напряженно работать. Я очень горжусь собой в этом смысле. Я сделал себя сам и смог помочь своей семье. Я помогал своей сестре. И все это благодаря спорту.

    — Останетесь в Нью-Йорке, чтобы поддержать свою сестру?
    — Я очень люблю свою сестру, но, думаю, она и без меня разберется. Вокруг нее достаточно людей, которые могут помочь ей во время матчей.

    ­­— Динара говорила, что иногда просит вашего совета, как смириться с тем, что ты первая ракетка мира. И она сказала: «Иногда я не понимаю, что Марат говорит мне». Что это был за совет?
    ­— Я уже давно не первая ракетка, так что я не могу ей что-либо посоветовать. Я думаю, что она должна просто наслаждаться тем временем, пока у нее все получается. Ведь это сложно — быть лучшим. Столько внимания со всех сторон, столько ожиданий со стороны других людей. Хочешь ты того или нет, тебе придется слушать, что о тебе говорят кругом. Ты читаешь газету или смотришь телевизор — и каждый говорит только о тебе. Иногда выдерживать такое давление очень непросто. Особенно для девушки. Приходится прилагать большие усилия, чтобы дистанцироваться от этого всего и не обращать внимания.

    — Вы изменились как человек за эти годы?
    ­— Не знаю. Наверное, у меня появился опыт. Я так много путеше ствовал и так много нового узнал в этих путешествиях. Да, опыт — вот в чем я другой.

    30 лет — хороший возраст

    — Если бы молодой Марат Сафин увидел сегодняшнего, что бы он подумал?
    — Такого бы со мной точно не произошло, потому что я никогда-никогда не думал, что вообще к сотне приближусь. Молодой Марат думал: просто пытайся, пытайся — и ты найдешь свою дорогу в жизни. Опытный Марат думает то же: все, что происходит в твоей жизни, надо принимать. Я, кстати, собирался идти в колледж в Штатах, а не в теннис играть.

    — И как же это чудо произошло, что вы не просто остались в теннисе, но и стали первой ракеткой мира?
    — А чудеса происходят. Я выиграл в лотерею. Я просто вытянул счастливый билет. Много разных обстоятельств вдруг сошлись вместе и помогли мне. И это так здорово! Я даже не могу это описать. В этом не было никакой логики. Я очень рад, что все это со мной было.

    — Вы когда-нибудь жалели о каких-то словах, сказанных в прессе?
    — Нет, никогда. Я вообще никогда не жалею о том, что сделано. Все, что я сделал, все, что со мной произошло, привело меня туда, где я есть сейчас. Так что, видимо, я не делал особых ошибок. Люди очень хорошо ко мне относятся. И, кстати, я им интересен. Потому что сейчас очень многие интересуются, что произойдет со мной дальше. Да, иногда я, может, был не совсем справедлив в некоторых высказываниях, может, резок, но в целом я старался быть хорошим со всеми.

    — Наверное, здорово понимать, что ты еще молод, у тебя вся жизнь впереди и больше никаких тренировок?
    ­— Точно, потому что я еще молод. У меня нет семьи. И я готов к переменам. Почему нет? 30 лет — еще хороший возраст. А в 35, даже в 33 ты уже должен думать о каких-то других вещах. Наверное, в таком возрасте ты уже как на автопилоте продолжаешь жить в том направлении, которое выбрал. Я амбициозен. Я еще хочу достичь много. Я не тот человек, который хочет лечь на кушеточку и отдыхать. А в перерывах говорить всякую ерунду в эфире ESPN. Например, вспоминать свой матч против Сампраса. Я так жить не хочу. Я хочу добиваться чего-то в жизни.

    — Помните этих девочек, которые ездили за вами по всем турнирам, когда вы были первой ракеткой?
    — Ха-ха, вы тоже их еще помните?

    ­— Вы говорили про свою сестру, которая теперь первая ракетка мира. Ей, наверное, в этом плане проще. По крайней мере она не возит за собой группу поддержки из молодых людей, а бульварная пресса не печатает ее фото с новыми мужчинами.
    — Да, сейчас все только и обсуждают: действительно ли она лучшая в мире или нет. Вот она сделала восемь двойных ошибок, 43 невынужденных, матч был сложным, и она почти проиграла 18-летней спортсменке. Ну и что?! Она все равно первая ракетка мира! Я буду ее всегда защищать. Бедная девчушка так старается. И у нее же получается, согласитесь. Вокруг нее столько разговоров, столько внимания. Все пытаются с ней разговаривать на тему: а заслуживаешь ли ты быть первой? Да-да, заслуживает, раз она первая в рейтинге. Серена, например, в интервью говорила, что это нечестно, раз она выиграла два турнира Большого шлема. Прости, Серена, но таковы правила. И тебе надо смириться. Лично я на стороне своей сестры. Я считаю, что она заслуживает большего, чем имеет сейчас. Вы даже не можете представить себе, какая она сумасшедшая спортсменка. Думаю, во всем мире не сыщется более профессионального атлета, чем Динара.


    Читайте Спорт день за днём в
    Подпишитесь на рассылку лучших материалов «Спорт день за днём»