• Год «Спорта День за Днем»

    Объектив-2016

    29.12.16 11:36

    Год «Спорта День за Днем» - фото

    Фото: РИА «Новости»

    Как говорят лучшие тренеры мира, наше издание сильно коллективной игрой. Тем не менее мы все разные и по-разному смотрим на мир, который открывается в служебных поездках. 2016-й выдался богатым на поводы расстаться — пусть и ненадолго — с Санкт-Петербургом. Вот что наши журналисты привезли в своем багаже.

    Александр Макаров

    Мистер Слуцкий, вините во всем меня!

    Не складываются у нас отношения со сборной России. Хоть ты тресни. Вроде бы со всей душой к ней, до сорванных голосовых связок, до боли в пальцах после очередной статьи, объясняющей, почему в этот раз все будет не как обычно. Но нет. Как только мы оказываемся вместе, сразу что-то идет не так. Речь, оговорюсь, о главной команде. С 19-летними Дмитрия Хомухи все было ровно наоборот: чемпионат Европы — 2015 они провели так, что вышли с первого места из группы с Испанией, Голландией и Германией, а моя греческая командировка затянулась до финала.

    Со «старичками» не складывается. То файером в Игоря Акинфеева кинут в Черногории, то Северную Ирландию накроет непогода, то Дивок Ориги неожиданно забьет первый гол за сборную Бельгии, да не где-нибудь, а на чемпионате мира, на «Маракане»... Поэтому Евро-2016 ждал с опаской. Во Францию команда с горем пополам поехала, сделав Леонида Слуцкого чуть ли не национальным героем. Но что дальше?

    Несмотря на то что Пятая республика почти в пятнадцать раз меньше Бразилии, россияне сумели спрятаться и здесь. Я брал велосипед и крутил педали, будто Вячеслав Екимов, то залезая в горку, то с бешеной скоростью мчась под нее. Весь в поту доезжал до базы сборной в пригороде Парижа и видел улыбчивые лица довольных жизнью людей, уверенных в собственных силах. Спросите любого футболиста из того состава — практически каждый вам скажет, что по тренировкам складывалось ощущение — все получится. Куда это все девалось на поле — непонятно.

    Гол Василия Березуцкого англичанам на 92-й минуте марсельского матча — один из самых эмоциональных моментов, которые я когда-либо переживал живьем на стадионе. Ведь «львы» подавили нас и количеством, и качеством шумовой поддержки. Только в «рукопашке» и прочем непотребстве в марсельском порту уступили. Останется в памяти и такая метаморфоза: ночью люди в кровь избивают друг друга, утром здесь крики чаек, морской бриз, палящее солнце и вкуснейший буйабес из свежей рыбы с рынка неподалеку.

    Но дальше случился позор с Уэльсом, где главный тренер сборной пошел на поводу у многочисленных футбольных экспертов и сел в лужу. Или все же дело во мне? Иван Жидков приехал уже на совсем другой чемпионат Европы, полноценный, не «а ля рус». Словно на иную планету…

     

    Иван Жидков

    Ирландцы — они такие

    О Франции уже сказано-пересказано. Поэтому давайте лучше о Лиге Европы. Которая становится, на мой взгляд, интереснее Лиги чемпионов. По своеобразию участников уж точно.

    Благодаря Андре Виллаш-Боашу, занявшему третье место с «Зенитом» в чемпионате-2015/16, я впервые оказался в Ирландии. И едва приземлившись, ощутил удивительный уют, как будто и шагу из дому не делал. Прямо у остановки автобуса, подбросившего из аэропорта в центр Дублина, нашелся чудесный паб, где дедушка, свалившийся в реальность из иллюстраций романов Диккенса, предложил фантастический местный суп чаудер. Словно только меня и ждал.

    Вылавливая моллюсков, я увлеченно копался в сообщениях в телефоне. Второе или третье из них заставило перестать жевать. Незнакомый прежде человек по имени Алан писал мне в «твиттере»: «Ты в Дублине? А я приезжаю на Московский вокзал в Петербурге. Махнемся городами?»

    Меньше пары часов, чтобы посчитать Алана «домовым всея Ирландии». Работает в Москве, выучил русский язык. Знает, кажется, весь мир. К вечеру он организовал для меня экскурсию на священную для ирландцев арену «Кроук Парк», где игроки в галльский футбол сражаются «за бесплатно» перед 80 тысячами зрителей. Разумеется, там Алана все знали. К следующему утру передо мной лежала длинная программа из бесконечных возможностей Дублина, включая погибающий стадион «Толка Парк» и знаменитый паб «Мадиганс». Сутки спустя меня знали все болельщики «Дандолка», собиравшиеся в столицу на матч с «Зенитом». Паролем служила рекомендация Алана, человека из Интернета: «Этому парню нравится Ирландия!»

    А как не понравится, если Дублин — милый и невероятно романтичный в своей тоске по разъехавшимся по всему свету лучшим сынам. В нем невероятно легко работать и совсем просто отдыхать — особенно, когда перед тобой гостеприимно открывается любая дверь. Это делали даже те редкие персонажи, кто не знал Алана Мура...

    Спустя месяц я узнал, что он работал две недели с Йоахимом Левом. Десять лет назад, в венской «Аустрии». И уже не удивился. Ирландцы — они такие…

    Алексей Павлюченко

    Лёне все равно?!

    Так уж совпало, что в уходящем году я дважды совершил паломничество в Израиль. Разумеется, в рамках командировочной программы издательского дома «Спорт День за Днем»…

    Сколько раз ругал себя последними словами, что в детстве и юности не изучил иностранные языки. Вечер. Нетания (городок на побережье Средиземного моря в 15 километрах от Тель-Авива). Отправляюсь на игру группового этапа Лиги Европы «Маккаби» (Тель-Авив) — «Зенит». Хозяин квартиры подсказал номер маршрутки, которая идет якобы прямо до местного стадиончика. Останавливаю. Оплачиваю проезд. Шесть шекелей, между прочим, в переводе на российские рубли — примерно соточка. Надеюсь, десяток английских слов плюс несколько фраз на иврите доведут… не до Киева, конечно, там было бы намного проще… Объясняю, что мне нужно на стадион. Водитель начинает лихорадочно говорить. Понимаю, что-то нужно «подправить в консерватории». Но что именно?

    Осознав, что дальше распыляться бесполезно, шеф спрашивает: «Русит?», то есть прибывший из России. — «Кен», что означает «да». И тогда он обращается за помощью к пассажирам. Теперь, внимание! Из четырех израильтян, находившихся на тот момент в транспортном средстве, русскоговорящих оказалось… двое! Проблему быстро решили. Маршрутка не доходила до стадиона «Нетания», мне объяснили, на какую и где следует пересесть. Так что если рассматривать конкретную маршрутку, то «наш бывший народ» был представлен не на четверть, как пел Владимир Высоцкий, а наполовину!

    Вход в ложу прессы был заблокирован бдительными секьюрити. Начинаем разбираться, когда нас пропустят к месту работы и пропустят ли вообще?

    — Ребята, подождите. Через полчаса начнут запускать. Меня сюда специально поставили, вам помогать. Меня зовут Леонид, — с заметным акцентом представился седовласый экс-соотечественник. — Вы же из Питера? Я же там в армии служил! В самом конце 1960-х. Может, знаете часть на пересечении шоссе Революции и проспекта Энергетиков?

    — Как же мне не знать, если я там жил…
    — Да вы что! — глаза Леонида заблестели. — Кинотеатр «Ладога» работает, мы туда в самоволку бегали?

    — Лет двадцать назад закрыли, мебельный салон сделали.

    Дальше разговор с Леонидом напомнил классику из фильма «Мимино», когда главный герой звонил в Телави, а его соединили с Тель-Авивом. И про строящийся мост в Кутаиси. Для полного сходства оставалось только спеть с Леонидом…

    «Зениту» первые 77 минут матча было не до песен и сантиментов. Питерский дебют Мирчи Михайловича Луческу в Европе попахивал громким провалом. Однако последние 13 с компенсированными минутами, как в сказке, превратили 0:3 в 4:3. И получите приз за волю к победе. Когда покидал стадион, вновь повстречал Леню. Так и не понял, рад он победе «Зенита» или поддерживал израильтян? Скорее всего, ему было все равно, просто встретил бывших, поностальгировал.

    С Новым годом!

    Руслан Семенеев

    Лиссабон и места силы

    После Лиссабона ты уже не будешь прежним. Лучано Спаллетти понял, что прежний «Зенит» отжил свое, после вылета в 1/8 финала Лиги чемпионов в марте 2012 года от «Бенфики» с Гараем, Витселем и Хави Гарсия. В феврале 2016 года эти трое вместе с Халком и под руководством Андре Виллаш-Боаша приехали в Лиссабон уже в составе сине-бело-голубых и вновь вылетели от «Бенфики» на той же стадии. Виллаш-Боаша, Халка и Гарая в «Зените» теперь тоже нет. Команда в который раз собирается заново.

    В Лиссабоне нет потертых памятников. Может, потому, что этот город сам один сплошной потертый памятник. Но что возвращает сюда «Зенит» каждую Лигу чемпионов (был еще матч в сентябре 2014 года, когда питерцы выиграли, но вообще не вышли из группы)?

    Андре Виллаш-Боаш выглядел в Лиссабоне образцовым хозяином своей команды. Сводил ее на прогулку в парк Эдуарда VII, показал образцы дипломатии на пресс-конференции, разложил игрокам по полочкам, как действовать против «Бенфики». Вряд ли его и Халка отвлек от подготовки к игре визит в Лиссабон сотрудников агентства Жорже Мендеша, но по странному стечению обстоятельств «свои» игрок и тренер оказались в одном и том же китайском клубе.

    «Зенит» сейчас связывает куда меньше дел с Жорже Мендешем, но если жребий еврокубков вновь сведет сине-бело-голубых с «Бенфикой», в столицу Португалии из Питера точно приедет новая команда и новый корреспондент «Спорта День за Днем». Помимо репортажей с тренировок и игры надо будет сделать расследование о здешних местах силы. Хочется же выяснить, почему на Праса ду Комерсиу некоторые из нас в последнее время бывали чаще, чем на Дворцовой площади.

    Игорь Новиков

    Контрасты и велосипеды

    В Амстердаме толпы людей. Они равномерно разбредаются по большим и маленьким центральным улицам, так что не найдешь свободного тихого скверика. Зато в первой же торговой лавке узнаешь, за какой клуб в Голландии болеет Амстердам — майки и другие сувениры с символикой «Аякса» встречаются почти на каждом углу. Это немного отличает столицу от провинции, где о своих командах напоминает лишь стадион, да расположенный по соседству фан-шоп. Именно так устроена футбольная культура и в Эйндховене.

    Город под конец XIX века образовался вокруг большой фабрики, из которой вырос легендарный концерн «Филипс». Два музея в Эйндховене посвящены только ему, да и стадион местного ПСВ носит имя главного спонсора команды. Для журналистов домашняя арена ПСВ — настоящий рай, особенно после старых российских стадионов. У ПСВ одна из самых современных арен в Голландии. Поэтому дорога в пресс-центр лежит через шикарные залы, обставленные мониторами и обклеенные обоями с символикой клуба, специальный бар и почти шведский стол. Именно в Эйндховене я, житель Петербурга, впервые узнал, как классно поздней голландской осенью сидеть на стадионе с подогревом.

    После того, как «Ростов» отстоял ничью с ПСВ, я встретился с известным украинским футболистом и звездой голландского ТВ Евгением Левченко. Пока мы шли на интервью в ближайший отель, нас чуть не сбил велосипедист — традиционное явление для Голландии, где у каждого жителя есть велосипед. У Левченко их два в Амстердаме. Эйндховен удивил и фанатской культурой. На стадионе болельщики раскидывали в стороны специально подготовленные для них флажки с эмблемой ПСВ — к чему они, если Эйндховен остался без еврокубковой весны? За пределами арены фанаты — милейшие люди, которые готовы сидеть в баре до глубокой ночи и отмечать очередной матч, независимо от счета. Именно об этом за кружкой пива рассказал мне один болельщик ПСВ — от команды Филлипа Коку ждут только самых высоких результатов, но и отворачиваться в моменты неудач от команды никто не будет.

    Сергей Бурый

    Как я отказался от допинга

    Мы с женой устроили шуточное соревнование — кто больше пройдет шагов за день. Соревновались так весь год, купив фитнес-браслеты. Обычно такое надоедает через две недели, но тут почему-то не надоело. В 2016 году я играл в теннис раз в неделю, раз в месяц — в футбол, столько же — в шахматы, а турнир по шагам занимал меня все 365 дней. Даже в аэропорту Дубая.

    Обратный путь с бразильской Олимпиады занимал в сумме 35 часов. Ожидание в аэропорту Дубая 10 часов. Ночь была или день — не помню, на Олимпиаде это стирается. Спать не хотелось, поэтому я занялся чтением. С самого начала у меня была тактика. Я пытался ее придерживаться. Читаю полчаса, затем столько же хожу по аэропорту. И так по кругу. В какой-то момент я посмотрел на шагомер и понял, что близок к побитию рекорда, который мы с женой установили вместе, гуляя в мае по Таллину. Тут я понял, что рекорд должен достигаться естественным путем, когда ты, так сказать, живешь и наслаждаешься этим процессом. Результат, показанный на приятной прогулке с любимым человеком — это красиво. Рекорд, побитый в бессмысленных хождениях по терминалам огромного аэропорта, такой же уродливый, как победы с применением допинга.

    Задумавшись над этим, я вынужден был сменить тактику и полностью погрузиться в чтение, не делая больше ни единого лишнего шага. Через два часа сидения на месте я возненавидел книгу «451 градус по Фаренгейту» и встал на сторону пожарных (которые на самом деле — сжигатели). Стало ясно, почему так трудно добиваться поставленной задачи без допинга (в моем случае — шагов). Но я смог.

    Правда, таллинский рекорд все равно не устоял и случайно пал во время игры в теннис. Я был разочарован и понял, что моя борьба с допингом в Дубае была напрасной. Но я хотя бы попытался…

    Дмитрий Зимин

    Мечта о ночной гонке

    В Сочи любят жить завтрашним днем. Не успела отгреметь Олимпиада, как город уже ждал проведения Гран-при «Формулы-1», которому суждено было стать традиционным. Но и этого им все равно мало. Когда главный промоутер королевских гонок Берни Экклстоун привез третий за три года этап в столицу Игр, его стали спрашивать о будущем. Дневная гонка с участием лучших гонщиков мира на сверхсовременной трассе, конечно, хорошо, но можно ведь сделать и лучше.

    Например, организовать ночную гонку, как в Сингапуре. Вы серьезно думаете, что Квят был в центре внимания на сочинском Гран-при? Нет. Болельщики собирались с плакатами в поддержку Фернандо Алонсо, Льюиса Хэмилтона и остальных. У раскинувшихся шатров с атрибутикой фигура Квята не была сверхпопулярной. Его воспринимали, как и всех остальных. Без особых преференций. Выходит, болельщики со всей России приезжали не на Квята, а на гоночное шоу.

    Идею о ночной гонке поддержал лично Владимир Путин, который прибыл в Сочи в решающий день Гран-при. Естественно, со своими друзьями из мира королевских гонок фигуру Квята, который в итоге попал в аварию и не смог доехать до финиша, он не обсуждал. В контексте будущего они говорили о ночной гонке, больше всего за это ратовал седовласый Берни. «Он так красочно это рассказывал, что мы решили, что обязательно это сделаем», — сказал после беседы с Экклстоуном Путин.

    Но Гран-при Сочи все равно остается местом для привилегированных слоев населения. Местных жителей в день проведения гонок в Олимпийском парке встретить сложно. В основном приезжие. Почему? Слишком дорого.

    Ночная гонка потребует дополнительных ресурсов, которые необходимо будет «отбить». А значит повысятся и цены на билеты. В 2016 году попасть на гонку можно было минимум за 5 тысяч рублей. В следующем году станет еще дороже. А ночной Гран-при ждут не раньше 2018 года.

    Снова приходится говорить о завтрашнем дне. В то время как посетить Сочи стоит хотя бы для того, чтобы параллельно ознакомиться с великолепным постолимпийским наследием. Гран-при «Формулы-1» — отличный повод сделать это. Даже если придется серьезно раскошелиться.

    Игорь Гурфинкель

    Заборы VS танцы, морс VS пиво

    Два мира — два образа жизни. С таким незатейливым названием запускали в советские времена телепередачи, повествующие, как хорошо жить в «великом и могучем» и как плохо в капстранах. Чемпионат мира по хоккею — 2016 тоже прошел в двух параллельных мирах. В двух разных вселенных. Под названием Петербург и Москва.

    В городе на Неве был праздник. Праздник хоккея. И символом его оказалась не звездная канадская машина — будущие чемпионы мира. И даже не финны, которые отправили через границу самый мощный болельщицкий десант. Правда, местная торсида умудрялась терять бойцов еще до начала игр с участием «львов» — «горячие парни» не справлялись с дешевизной местных напитков, содержащих алкоголь.

    Настоящим открытием стала сборная Венгрии. И ее болельщики — небольшой, но очень сплоченный отряд. Этот дуэт вернул хоккейный мир в олдскульные времена, когда еще разницы между звездами хоккея и их поклонниками практически не было — они были одним целым.

    Мадьяры не считали зазорным после матчей — обычно для них неудачных — «идти в народ» и общаться с ним напрямую, без посредников. После каждой встречи в фан-зоне около «Юбилейного» венгры попадали в объятия своих болельщиков, и происходило «братание». А какой был праздник, когда венгры одержали первую и последнюю победу на турнире — над белорусами, когда пели и плясали все: начиная от генменеджера и заканчивая третьим вратарем!!! Естественно, что вылет «королей чардаша» с чемпионата многие восприняли с грустью. Словно уехал навсегда хороший товарищ, шумный, но симпатичный…

    В главной столице все тоже напоминало былые времена. Но уже советские. «Чинно, благородно, как при старом режиме». И символами московской части чемпионата стали вещи эпохи «режима»: заборы, барьеры и прочие шлагбаумы. Весь «Парк Легенд» был разделен на многочисленные сектора, и повсюду раздавалось: «Туда не ходи, сюда ходи». В «загоны» отправляли и болельщиков, следующих единственной (и довольно долгой) дорогой от метро к стадиону. А на этом пути через метр стояли курсанты и наряды милиции: кто с собаками, кто — на лошадях… Нам, может, и привычно, а для поклонников хоккея из зарубежья — рашн стайл.

    Правда, главный сюрприз приготовили для иностранцев все-таки в фан-зоне: в первые дни чемпионата в шатрах массовики-затейники встречали их не любым пенным напитком, а… квасом и прочими морсами. У зарубежных гостей глаза мгновенно превращались в тарелки, и они безуспешно пытались понять, куда все-таки попали. Не слышали, видать, что шок — это по-нашему. Хорошо, хоть с этим абсурдом покончили в Москве быстро…


    Читайте Спорт день за днём в
    Подпишитесь на рассылку лучших материалов «Спорт день за днём»