• Николай Скворцов. Третий заход на олимпийскую медаль

    14.05.12 20:47

    Один из лидеров сборной России по плаванию Николай Скворцов – о своих «непрофессиональных» тренировках, нелюбви к экстриму и бизнес-планах после спорта.

    Завершившийся не так давно в столичном спорткомплексе «Олимпийский» чемпионат России по плаванию принес Николаю Скворцову не только золото и серебро на двух классических дистанциях баттерфляем, но и сразу две олимпийские лицензии. На Играх в Лондоне Николай сначала поплывет свои коронные 200 метров, а затем составит компанию капитану российской команды Евгению Коротышкину на сотне. В беседе с корреспондентом «Спорта день за днем» Скворцов посетовал на отсутствие конкуренции на внутренней арене, объяснил, почему до сих пор не променял родной Обнинск на заграницу, и признался, что не мыслит свою жизнь без путешествий.

    Без адреналина и мандража

    — Николай, на вашу победу на дистанции 200 метров на чемпионате России ставки можно было не принимать – все было ясно заранее…
    — Действительно, после того как в 2007 году завершил карьеру Анатолий Поляков, на все основные соревнования, как правило, отбираюсь только я. Двухсотка – свое­образная дистанция, ее сложно тренировать. Она ведь не входит ни в какие эстафеты. А я‑то уже давно на ней специализируюсь.

    — Значит, наверняка перед финальным заплывом мысленно уже поздравляли себя с золотой медалью?
    — Лукавить не буду: да, были такие мысли. Знал, что соревнуюсь только со временем. Но в подобных случаях всегда не хватает адреналина, даже мандража: ведь рядом нет никого, кто напрягает, заставляет плыть быстрее. Впрочем, на Олимпиаде таких людей будет достаточно, так что надеюсь показать более высокий результат.

    — То есть своим победным вре­менем (1.56,48) не очень-то и довольны?
    — Есть удовлетворение, что выполнил квалификационный норматив. Но, конечно, рассчитывал проплыть побыстрее. Тем более что на стометровке, которая шла первой в программе чемпионата России, мне удалось приблизиться к своему лучшему результату. Может быть, потому, что там была острая борьба: Коротышкин, я, Никита Коновалов… А на двухсотке все сложилось уж как-то слишком спокойно. Отсюда и не самые быстрые секунды.

    — Та же причина – отсутствие дышащих в спину конкурентов, наверное, мешает замахнуться на принадлежащий вам же рекорд России (1.54,31)?
    — Ну да… Хотя не следует забывать, что этот результат был показан на пекинской Олимпиаде, когда мы еще соревновались в резиновых костюмах. В шортах же я плыл ненамного лучше, чем сегодня. Надеюсь, что в текстильном купальнике на Играх в Лондоне смогу показать время в районе 1 минуты 55 секунд.

     

    — Уже знаете, по какому графику пройдут заплывы баттерфляем на Олимпиаде?
    — Насколько мне известно, сначала будет 200 метров, потом день отдыха, а затем – стометровка. Аналогичный расклад был и на Играх в Афинах, и в Пекине, так что ничего нового не предвидится. А значит, мою любимую дистанцию можно будет со свежими силами проплыть достаточно быстро. Главное, чтобы потом и на сотку сил хватило (улыбается). Я ведь, если честно, и к чемпионату России готовился с прицелом на 100 метров – здесь конкуренция выше. Поэтому, когда добыл на этой дистанции путевку в Лондон, сразу как будто гору с плеч сбросил. И 200 метров плыл уже абсолютно спокойно.

    — Сколько десятых долей секунды реально сбросить с результата на стометровке на Олимпиаде?
    — Сложно такие вещи прогнозировать. Это же спорт… Если бы все было известно заранее, букмекерские конторы разорились бы и тотализаторов бы не стало (улыбается).

    — А если поставить вопрос иначе: какой стадии олимпийского турнира соответствует время отборочного норматива «А»?
    — Это время, достаточное для выхода в полуфинал.

    — Какую задачу ставите перед собой на Играх в Лондоне?
    — Если повезет – зацепиться за медаль. Я уже на третьей Олимпиаде буду ставить себе подобную задачу. На двух предыдущих не получилось ее выполнить. Надеюсь, с третьего раза все сложится удачнее.

    Успех в Лондоне – 5–6 медалей

    — Следите за тем, как сейчас плывут ваши будущие соперники по олимпийским стартам?
    — Да, конечно! Я в курсе, что в мире есть уже два человека, показавшие время в районе 1.54 на двухсотке. И, наверное, штук восемь-десять результатов по 1.55. Поэтому, повторюсь, необходимо плыть примерно с таким временем, чтобы претендовать на место в полуфинале. А дальше уж как получится.

    — Согласны, что по результатам наш внутренний чемпионат значительно уступает чемпионатам многих других стран?
    — Знаете, на Играх в Афинах у нас была всего одна медаль – серебряная. В Пекине было одно серебро и две бронзы. И если сейчас взглянуть на состав нашей нынешней сборной, считаю, он выглядит посильнее, чем на двух предыдущих Олимпиадах. В Лондоне у России вполне может быть золото. Не скрою, я рассчитываю, что Настя Зуева сможет выиграть медаль высшей пробы. Есть и другие реальные претенденты на победу: Юля Ефимова, ребята в эстафетах. Думаю, пять-шесть медалей в общей сложности наша сборная вполне может завоевать.

    — Свою награду здесь тоже посчитали?
    — Нет, свою не посчитал (улыбается). Я – реалист. Надеюсь на медаль, но не забываю анализировать и объективно оценивать ситуацию в целом. А возвращаясь к российской сборной, скажу, что, если нам удастся выиграть вдвое больше медалей, чем в Пекине, это уже будет большим успехом.

    — А чем объяснить, что для многих наших пловцов отборочные нормативы оказались непреодолимой преградой на пути в Лондон?
    — Прежде всего тем, что эти нормативы серьезно ужесточились по сравнению с предыдущими Олимпиадами. Хотя и общий уровень плавания во всем мире заметно вырос. И в России он тоже поднялся на новую высоту. Мы пытаемся не отставать от ведущих плавательных держав. Если в Афинах такими лидерами были сборные США, Австралии и отчасти Японии, то сейчас к ним добавились Бразилия, Южная Африка, Германия, Франция, Великобритания, Китай. То есть стало намного больше стран, где плавание финансируется на подобающем профессиональному спорту уровне, а при подготовке пловцов используются самые современные методики. Именно поэтому теперь гораздо сложнее завоевывать медали на чемпионатах мира и Европы, не говоря уже об Олимпийских играх. Тем более что и бюджеты большинства из перечисленных мной сборных превосходят бюджет российской команды.

    — За счет чего же вырос уровень российской сборной?
    — Если вы обратили внимание, многие лидеры нашей команды тренируются за границей. В этом есть немало плюсов: благоприятная экология, теплый климат, общий позитивный настрой людей… Особенно если сравнить с окружающими нас лицами в московском метро! (Смеется.) Давайте вспомним поименно: Коротышкин и Фесиков – в Италии, Ефимова, Слуднов, Вятчанин и Морозов – в США, Гречин – в Швейцарии. Обратите внимание, все перечисленные – лидеры российской сборной. Надо смотреть правде в лицо! (Улыбается.) Причем подобная ситуация характерна не только для плавания. Возьмите, например, конькобежный спорт. Иван Скобрев стал безоговорочным лидером российской сборной как раз после того, как провел немало времени в Италии. Напрашивается вывод: что-то у нас в стране не так, если отъезд за рубеж позволяет представителям любых видов спорта добиться значительного прогресса.

    — Что же там, за границей, есть такого, чего нет у нас?
    — Ну уж точно дело не в деньгах! Основные же моменты я уже назвал: экология, климатические условия, общий эмоциональный фон. Мы ведь живем в обществе, в среде, которая неизбежно оказывает свое влияние на психологию спортсмена. И от этого никуда не деться.

    «Короткой водой» – на Олимпиаду

    — Чем вам запомнились две преды­дущие Олимпиады?
    — Афинская – дебютом на Играх. Я ходил там переполненный позитивом. Тем более что от меня, как от новичка, в Греции никто особо ничего не ждал. И на этой легкости и раскрепощенности мне удалось показать свой лучший результат. А еще Афины запомнились теплой и солнечной погодой. В Пекине же на меня возлагались большие надежды, что и помешало мне показать быстрые секунды. Попросту говоря, перегорел еще до старта. Сейчас в Лондоне, наверное, психологического давления не будет, ведь от меня опять никто и ничего не ждет (улыбается). Поэтому постараюсь где-то там, с краешку, зацепиться за медаль…

    — Расхожая фраза: «Олимпиада – праздник спорта и праздник для спортсменов». А сами спортсмены успевают почувствовать себя частью этого праздника, посмотреть какие-то соревнования, кроме своих?
    — Праздник это для тех, кто в пер­вый-вто­рой день проплывет свои дистанции, не пробьется в следующий круг – и ходит отдыхает, смотрит другие виды спорта (смеется). А для тех, кто добирается до призовых мест, Олимпиада – это тяжелая работа. И знаете, если у тебя есть завоеванная олимпийская медаль, это воспоминание на всю жизнь. Можно ведь ходить каждый день на работу в офис и жить серой, однообразной жизнью. Спортсмен же, добравшийся до призового места на Олимпиаде, гарантирует себе ярчайшие эмоции и переживания, которые ни с чем не сравнимы. Вот это и есть настоящий праздник.

    — Вот вы перечислили всех наших «легионеров», тренирующихся за рубежом. А сами-то почему заграницу игнорируете? Неужели родной Обнинск так мил сердцу?
    — Трудно сказать… Возможно, когда молодой был, побоялся уехать. А сейчас у меня жена, ребенок. Получается, пустил корни, да и привык уже… Кроме того, не могу себе представить, чем буду заниматься за границей. Наверное, ка­кой-то страх перед неизвестностью во мне так и живет. Хотя не исключаю, что после завершения карьеры переберусь в ка­кую-ни­будь страну.

    — Вы как-то недавно сказали, что в вашем родном городе заканчивается строительство 50‑метрового бассейна. А где же вы тренируетесь?
    — В 25‑метровом бассейне! Я знаю, что это не совсем профессионально – постоянно заниматься на «короткой воде». Но все-таки удалось даже в таких условиях попасть уже на третью Олимпиаду.

    — А в остальном ваша подготовка в Обнинске отвечает всем требованиям профессионального спорта?
    — Вряд ли. У меня нет массажиста, нет врача, нет группы тренеров‑ассистентов. Есть только мой тренер Ирина Николаевна Девятова и я. Плаваю в 25‑метровом бассейне вместе с ребятами-перворазрядниками и кандидатами в мастера, других «заслуженных» кроме меня в области нет (смущенно улыбается).

    — Но выкладываетесь на тренировках профессионально?
    — С этим-то проблем нет. Плохо, конечно, когда нет достойного спарринга, подводной видеосъемки для последующего анализа техники плавания. Нет других «примочек», например, гидроканала…

    — В плане медицинского обеспечения вы тоже «непрофессионал»?
    — Да это вообще такая «черная дыра»! (Смеется.)

    — Значит, над вами постоянно висит дамоклов меч случайного употребления вещества или препарата, которые могут оказаться допингом?
    — Ну, я постоянно занимаюсь самообразованием, читаю каждое обновление списка запрещенных препаратов, который публикует WADA (Всемирное антидопинговое агентство. – С), поэтому имею представление, от чего нужно держаться подальше. Например, знаю, что каждое второе средство для похудения содержит фуросемид, уже давно обозначенный в том самом списке WADA. Так что не надо спортсменам пользоваться такими средствами для «сгонки» веса (улыбается).

    — Вы в свое время сменили тренера. Сейчас можете сказать, что это был верный шаг?
    — Да, благодаря новому наставнику я снова обрел мотивацию в плавании, стал тренироваться с отличным настроем. Думаю, что без Ирины Николаевны я не показал бы нынешних результатов и мог вообще остаться без своей третьей Олимпиады.

    Рио – классный город!

    — Если бы вы не занимались плаванием, в каком виде спорта могли бы пробиться на Олимпиаду?
    — Думаю, что плавание для меня идеальный вид спорта. Так что вряд ли я поехал бы на Игры в каком-то ином качестве (смеется).

    — А в детстве вы чем-то еще, кроме плавания, занимались?
    — Да, ходил на спортивную гимнастику. Но у меня неподходящая для этого вида спорта конституция тела. Наверное, норматив мастера спорта по гимнастике мог бы выполнить, но вот на Олимпийские игры точно бы не отобрался. А вообще люблю ездить на велосипеде, зимой на лыжах бегаю.

    — К экстремальным видам спорта – сноуборду, например, – как относитесь?
    — Отрицательно! Не люблю горы: все время есть опасения, что упаду и получу травму. Дело в том, что у пловцов очень мягкий, «перерастянутый» голеностоп. А эта особенность плохо подходит для зимних видов спорта – коньков, горных лыж. Едва попробуешь на чем-то проехать, сразу начинают болеть стопы.

    — Ну а к морю-то у вас нет неприязни?
    — Нет, море я люблю! Наверное, мог бы даже всерьез заняться марафонским плаванием (улыбается). Вообще отдых на море – один из самых любимых для меня.

    — А как еще проводите отпуск?
    — При случае с удовольствием путешествую. К сожалению, нечасто удается. А хотелось бы, например, посетить исторические места в Южной Америке, такие как знаменитый город Тиутиукан. Или добраться до Африки…

    — В Южной Америке можно еще наведаться в Рио-де-Жанейро – на Олимпиаду в 2016 году…
    — В Рио я уже побывал – классный город! По джунглям там в окрестностях немножко полазил, ошалел, увидев, сколько там всякой живности водится… В общем, путешествовать – это жутко интересно! Думаю, когда закончу с плаванием, обязательно объезжу многие уголки планеты. А то сейчас знакомство со странами проходит по схеме «бас­сейн – го­сти­ни­ца» и ничего больше. Хочется же посмотреть, как и чем живут люди.

    — К чему вы больше тянетесь: к природе или к большим городам?
    — Пожалуй, все-таки к природе.

    — Недавно на соревнованиях в Санкт-Пе­тер­бурге вы попробовали себя в роли телекомментатора. Не задумывались о такой стезе после завершения карьеры?
    — Наверное, все-таки это было бы мне не очень интересно. Хотя, конечно, я мог бы этим заниматься. Но, скорее всего, выберу для себя что-то другое.

    — Какие есть варианты?
    — Возможно, займусь бизнесом. Причем семейным: у меня жена – дипломированный специалист, работает менеджером по продажам в крупной компании. Так что откроем свое дело. А тогда и сможем осуществить давнюю мечту о путешествиях в дальние страны…


    Читайте Спорт день за днём в
    Подпишитесь на рассылку лучших материалов «Спорт день за днём»