• Роковой мотив

    Вчера президиум Всероссийской федерации легкой атлетики (ВФЛА) принял решение о двухгодичной дисквалификации Елены Соболевой, Дарьи Пищальниковой, Гульфии Ханафеевой, Татьяны Томашовой, Юлии Фоменко, Светланы Черкасовой и Ольги Егоровой. Расследование специальной комиссии ВФЛА по делу о подмене допинг-проб длилось с начала сентября. Теперь слово за Международной ассоциацией легкоатлетических федераций (IAAF), которая примет решение на заседании совета 21–22 ноября.

    — Правила таковы, что нет необходимости дополнительно искать доказательства вины спортсмена, если она доказана методами, существующими в Кодексе WADA или правилах IAAF, — заявил Валентин Балахничев. — ДНК-анализ — это тот метод, который позволяет доказать их вину. Два года — это минимальный срок, предусмотренный за столь серьезное нарушение. IAAF может внести поправки в данное решение. У спортсменок также остается возможность опротестовать решение ВФЛА. Существует определенная процедура: они могут апеллировать и в Международную федерацию, и в Спортивный арбитражный суд Лозанны. Но вообще спортсмены должны либо принимать существующие антидопинговые нормы, либо завершать карьеру. У нас ведь как: мы сначала соглашаемся с правилами и начинаем заниматься спортом, но когда с нами что-либо случается, то начинаем говорить, что правила несовершенны, и просим не учитывать наши нарушения как существенные. А так не бывает. Специальная комиссия ВФЛА не получила от спортсменок конкретных объяснений: почему в двух биопробах, взятых у них с разницей в несколько месяцев, оказались разные ДНК. Особо обращаю внимание: специальная комиссия ВФЛА в силу своего общественного статуса юридически не имела возможностей заниматься расследованием — кто и как мог подменить пробы. Она лишь анализировала факты, представленные спортсменками.

    Президиум IAAF опирался именно на рекомендации специальной комиссии. Из четырех членов комиссии трое, включая председателя Игоря Тер-Ованесяна, рекомендовали наложить на спортсменок двухлетнюю дисквалификацию. Исключение составил только Тагир Самокаев. Практикующий адвокат в «особом мнении» заявил, что в ходе расследования не увидел, что именно девушки совершили подмену допинг-проб. В заключении специальной комиссии сказано, что в распоряжении комиссии не оказалось прямых доказательств, опровергающих обвинение спортсменок. Нет ни объяснений легкоатлеток, ни соответствующих показаний офицеров, ответственных за взятие допинг-проб, ни видеозаписей момента нарушения. Есть только мотив, который является достаточным, но не абсолютным признаком виновности. Однако, согласно юридической практике, спортсменки как наиболее мотивированные участницы события могли совершить нарушение с большой вероятностью.

     

    Учитывая, что между датами совершения нарушений и вынесения решения прошло 16 месяцев, а задержка произошла не по вине спортсменок, отсчет двухлетнего срока начинается с даты нарушения антидопинговых правил ИААФ, а именно с 2007 года. Для Дарьи Пищальниковой — с 10 апреля, для Елены Соболевой и Светланы Черкасовой — с 26 апреля, для Юлии Фоменко — с 27 апреля, для Гульфии Ханафеевой — с 9 мая, для Татьяны Томашовой — с 23 мая 2007 года. Ольга Егорова также получит двухлетнюю дисквалификацию.

    А что думают по этому поводу сами спортсменки? Решение федерации «Спорту» прокомментировала одна из сильнейших в мире бегуний на средние дистанции Светлана Черкасова.

    — Это решение вызвало у нас противоречивые чувства, — заметила Черкасова. — С одной стороны, оно не самое суровое из всех вариантов. Правда, решение ВФЛА должно быть утверждено в международной федерации, и полной гарантии, что IAAF без возражений примет предложенный вариант, нет. И в этом вопросе возрастает роль Валентина Балахничева. Более неприятный вариант: если отсчет начала дисквалификации решат считать с 30 июля или позже. Тогда по новому положению, действующему с июля нынешнего года, нас могут не допустить до Олимпиады в Лондоне. О моральной стороне вопроса — отдельный разговор. Очень тяжело быть наказанной, не чувствуя за собой вины. У Юли Фоменко-Чиженко и Даши Пищальниковой, а особенно у Лены Соболевой ситуация хуже моей в том плане, что у них собираются забрать медали и призовые деньги, завоеванные на разных соревнованиях за последние полтора года. Это ужасно.

    Мама и тренер Дарьи Пищальниковой Татьяна сообщила «Спорту», что после совместного обсуждения спортсменки единогласно решили — на вердикт ВФЛА в суд не подавать.

    — Мы решили пока никаких резких движений не делать, — рассказала Татьяна Пищальникова. — Заниматься судебными разбирательствами очень не хочется. Во-первых, они отнимут много сил и нервов. Во-вторых, еще неизвестно — можно ли будет одновременно и судиться с IAAF, и участвовать в соревнованиях под эгидой этой организации.

    Комментарий юриста. Виктор Березов, заместитель начальника правового управления Олимпийского комитета России:

    — Решение о двухлетнем отстранении спортсменок от участия в официальных международных и российских соревнованиях начиная с даты взятия проб, в подмене которых обвиняются спортсменки, является, с нашей точки зрения, наиболее приемлемым и справедливым в данной ситуации. Специальная комиссия ВФЛА, созданная именно для рассмотрения этих допинговых случаев, провела кропотливую работу, внимательно изучила все имеющиеся документы и объяснения спортсменок, однако оснований для освобождения спортсменок от ответ­ственности не нашла.

    Главный аргумент IAAF — наличие в допинг-пробах спортсменок чужой мочи — оказался решающим. Доказательств того, что с допинг-пробами что-то случилось в процессе их хранения, перевозки и исследования, в распоряжении ВФЛА нет, а единственными лицами, у которых был мотив подменить свою допинг-пробу чужой «чистой» пробой, являются сами спортсменки. При таких обстоятельствах единственно возможным представляется вывод о том, что подмена проб не могла произойти без участия самих спортсменок во время процедуры взятия проб.

    По сути, основным вопросом, который стоял перед президиумом ВФЛА на заседании, был вопрос, связанный с периодом временного отстранения. В соответствии с антидопинговыми правилами ИААФ для спортсмена, признанного совершившим нарушение, срок отстранения должен начинаться с момента вынесения окончательного решения либо с момента его временного отстранения, если спортсмен добровольно его признал. В нашем случае это означает, что срок двухлетнего отстранения должен отсчитываться с 20 октября 2008 года, то есть с даты принятия решения президиумом ВФЛА.

    Однако во Всемирном антидопинговом кодексе (ВАК) этот вопрос регулируется немного иначе. ВАК допускает возможность начала отсчета срока отстранения с более ранней даты (но не ранее даты взятия проб) в случае, если затяжки в выявлении нарушения антидопинговых правил ИААФ и вынесении окончательного решения не были вызваны виновными действиями спортсменки. В нашем случае речь идет о допинг-пробах, взятых в апреле-мае 2007 года, а окончательное решение выносится спустя полтора года после совершения спортсменками антидопингового нарушения.

    При таких обстоятельствах и учитывая имеющиеся уже в практике IAAF случаи начала отсчета срока отстранения с момента взятия проб, президиум ВФЛА принял решение начать считать срок дисквалификации с даты взятия у спортсменок допинг-проб, в подмене которых их обвиняют.

    В настоящее время у IAAF есть два возможных способа поведения: либо они полностью соглашаются с принятым ВФЛА решением, либо они с ним не соглашаются в части начала срока отсчета двухлетнего отстранения и обращаются в Международный спортивный арбитражный суд в Лозанне (CAS) с апелляцией на решение ВФЛА.


    Читайте Спорт день за днём в
    Подпишитесь на рассылку лучших материалов «Спорт день за днём»