• Видели Бьорндалена, воевали с уборщицами

    Волонтеры

    18.02.14

    Читайте Спорт день за днём в

    (Фото: РИА «Новости»)

    Мировая история пропитана войной счастливчиков и неудачников. Наверное, у всех в школе были дежурные классы. Кого-то учительница отправляла дежурить в буфет, кого-то — на улицу. Зимой.

    Волонтеры — дежурные по Олимпиаде. Некоторые из них работают на соревнованиях, они в самой гуще спортивных событий. Например, на биатлонном стрельбище. Некоторые трудятся возле автомобильных дорог. Скучно, пыльно, не шибко полезно для здоровья. Есть ребята, которые руководят волонтерами. Это материал о настоящих героях. Олимпиада глазами волонтеров-счастливчиков и волонтеров, которым повезло чуть меньше.

    Борьба со жребием

    Факт остается фактом. Он спит. Волонтер Саша сидит на стуле в самом дальнем углу горного пресс-центра. Два часа ночи. Вокруг никого.

    — А это что за грязь? — из подсобки выскакивает какая-то мадам и тормошит Сашу.

    — Какая грязь?

    — Вот, — мадам указывает на банку колы, оставленную кем-то на полу.

    — Это не мое, — спокойно произносит Саша.

    Мадам фыркает, возвращается в подсобку, берет ведро со шваброй и удаляется. Саша закрывает глаза. Впереди его ждут еще пять часов монотонного сидения.

    Он не сам выбрал такую работу. Распределили. Все решает жребий. Связи тут не помогут. Так говорят сами волонтеры.

    Волонтеры — не волки-одиночки. Они работают командами. Сашина команда — два десятка человек. Они растянулись на первом этаже горного пресс-центра. Ночное дежурство. Кажется, 12 часов. Можно свихнуться, особенно в горах. Но никто почему-то не превращается в героя Джека Николсона, охотившегося за женой и ребенком с топором в руках.

    Они сами захотели стать волонтерами. Их никто не заставлял. И они не падают духом, даже если все не так уж прекрасно. Да, таких волонтеров, как Саша, нельзя назвать счастливчиками. Они проиграли войну со жребием, но продолжают бороться. У каждого своя борьба.

    Саша воюет с мадам. Она возвращается в подсобку.

    — А где ваша аккредитация? — спокойно спрашивает Саша. Тут надо пояснить, что по любым олимпийским объектам все ходят с «висюльками», однозначно определяющими, кто ты есть в этой жизни. Охранник, журналист, волонтер, уборщица…

    — Да я тут каждый день по сто раз хожу, ты что! — возмущается мадам.

    — Извините, но по правилам я не могу пустить вас через эту дверь. Вернитесь за аккредитацией, — настаивает Саша.

     

    И… мадам разворачивается и идет за идентификационной карточ­кой. Есть!

    Саша выиграл эту маленькую войну и утер нос мадам.

    На десять студентов один пенсионер

    Волонтеры — это прежде всего студенты. Если оценивать на глаз, из десяти волонтеров только один — так называемого серебряного возраста. Пожилые люди решили стать дежурными по Олимпиаде, потому что это скрашивает их пенсионную жизнь. Добавляет новых эмоций. Знакомств. Но зачем студенту в самом расцвете сил тратить время на неоплачиваемую работу? На это есть причины.

    — У нас работа здесь засчитывается как летняя практика, — называет одну из них Тамара.

    Тамара живет в Сочи. Учится в университете на экономиста. В ее учебном заведении даже не нужно было отпрашиваться. Ректор сам «выгонял» студентов на Олимпиаду.

    Зимняя сессия сдана, до летней еще далеко.

    На биатлонном стрельбище Тамара переминается с ноги на ногу. Прохладно.

    — Тут здорово! — делится она. — Я не особо разбираюсь в биатлоне, но о Бьорндалене, конечно, слышала. А теперь он вот тут, в нескольких метрах от меня, стреляет! Нравится ли мне работать в эпицентре спортивных событий? Это интересно, но я мерзну. Хорошо, что тут смены небольшие, — рассказывает Тамара.

    В ее волонтерской команде тоже двадцать человек. Из разных городов. Оренбург, Москва, Пермь, Ростов-на-Дону…

    В столовой для персонала в лыжно-биатлонном комплексе «Лаура» волонтеры во время обеда болеют за российских конькобежцев. Лыжников. Хоккеистов. И других. Кормят тут хорошо: витаминный салат, борщ, плов. Компота, правда, нет. Вместо него — либо негазированная вода, либо кола.

    Волонтеры живут в специальных гостиницах.

    — Условия у нас хорошие, жаловаться не на что, — уверяет Тамара.

    Полезные советы без английского

    Командами волонтеров руководят супервайзеры. За это им платят день­ги. Некоторым из них не повезло с жильем. Девушка по имени Мария тратит на дорогу четыре часа в день. От Абхазии до «Лауры». От «Лауры» до Абхазии. Это немножко угнетает. В остальном все устраивает.

    Мария — из Нальчика. Учится на последнем курсе бакалавриата. Идет на красный диплом, чему несказанно рада. Будет юристом. А пока она стоит с рацией по 10–12 часов, сохраняя при этом бодрость духа.

    — У меня смена начинается в 15.00, но я прихожу раньше, мне это интересно, — говорит Мария.

    Сколько волонтеров в Сочи? Примерно 25 тысяч. Прежде всего это некий срез поколения ребят, родившихся в середине 1990-х. Принято считать, что в это время рождались слабенькие дети. Ситуация в стране была не самой сладкой. Эта одна из причин, почему сборная России сейчас не выигрывает столько медалей на Олимпиадах, сколько забирала команда СССР.

    Но это рассуждения про спорт. А волонтеры — это не совсем спорт. Здесь не нужно быть выносливым и быстрым, как норвежские лыжники. Достаточно быть сильным духом.

    Есть моменты, которые не нравятся иностранным гостям в Сочи. Есть проблемы, которые не стоит отрицать. Но волонтеры негативных эмоций не вызывают. Вот их среднестатистическое описание в исполнении зарубежного журналиста: «Хорошо выглядят, улыбаются, в большинстве случаев дают полезные советы, но есть минус — плохое знание английского».

    Может, звучит напыщенно, но тысячи волонтеров — это своего рода будущее страны. Студенты на Олимпиаде заводят новых друзей, кто-то нашел или еще найдет здесь любовь.

    Когда-нибудь Тамара расскажет своим детям, что видела Бьорндалена. Мария вспомнит, как в олимпийский год получила красный диплом. А Саша посмеется с внуками над тем, как утер нос мадам.

    Сочи


    Комментариев: 0
    , чтобы оставить комментарий