• Главный тренер «Спартака» Гундарс Ветра: «Кириленко искать не надо»

    Гость на выходные
    Читайте Спорт день за днём в

    Дождались! Баскетбол возвращается в Петербург. 2 мая в 13.00 на «СИБУР АРЕНЕ» питерский «Спартак» проведет первый раунд серии против «Триумфа». Главный тренер красно-белых Гундарс Ветра рассказал «Спорту День за Днем», чем он отличается от Фабио Капелло, можно ли воспитать в Петербурге нового Кириленко, почему Олег Знарок — настоящий мужик и о многом другом.

    Без карантина

    — Устали уже готовиться к серии с «Триумфом», — сразу пожаловался Ветра. — Проводить весной тренировки в режиме «предсезонки» — это не совсем правильно. Такого нет ни в одной лиге.

    — Как вы объяснили своим американцам, что финиш «регулярки» Единой лиги ВТБ и начало плей-офф разделяет целый месяц?
    — Мы не должны оправдываться перед игроками. Просто дали им небольшой отпуск, чуть побольше недели. Все американцы слетали домой.

    — Вернулись в нормальном состоянии?
    — Это на Рождество всегда думаешь, отпускать игроков или нет, потому что первая игра уже через пять дней после прилета. А тут у нас еще оставался месяц на подготовку. И никаких проблем с адаптацией.

    — Первый матч против «Триумфа» начнется в Петербурге в 13.00. Это удачное время?
    — Оно не очень привычное. Обычно люди тренируются либо утром, с 11 до часу дня, либо вечером, когда играют. Наверное, это не самое удобное время. Но мы с «Триумфом» находимся в одинаковом положении.

    — Фабио Капелло в день матча поднимает игроков сборной России в восемь утра. Каков у вас распорядок?
    — У меня нет такого, как у Капелло. Игроки сами знают, когда им лучше встать. Мы вообще не заходим на карантин. Как будет перед «Триумфом»? Вечером потренируемся. Больше тактики, меньше физической работы. Все-таки на отдых останется меньше суток. Дальше все разъедутся по домам, а на игру приедут за полтора часа до начала.

    — Своим ходом?
    — Да, все игроки живут поблизости от нашей арены.

    — Доверяете вы своим подопечным.
    — Никогда не был сторонником карантина. Они и так много видят друг друга. У каждого есть свои привычки перед игрой. Зачем что-то навязывать и запирать человека в четырех стенах?!

    — В «Спартаке» суровые штрафы за опоздания?
    — Все прописано в контрактах. Штрафы достаточно строгие, чтобы не делать этого. С другой стороны, игроки «Спартака» не так много времени проводят в зале. Если человек считает себя профессионалом, то может четыре часа нормально потренироваться. И не опоздать на занятие.

     

    Бертту надо собрать голову

    — В Единой лиге ВТБ изменили лимит на легионеров. Вместо схемы «2+3» ввели ограничение на число иностранцев в заявке на сезон. Легче стало руководить «Спартаком»?
    — На нас это изменение не сильно отразилось. Мы начали сезон с тремя иностранцами. Потом добавили еще одного легионера. Заиграли чуть лучше.

    — Кто из российских игроков «Спартака» оправдал ваши ожидания?
    — Изначально стратегия на этот сезон была посмотреть российских игроков, воспитанников петербургской школы. Все они прогрессировали. А стали ли игроками, способными приносить победы в Единой лиге ВТБ? У меня нет однозначного ответа на этот вопрос.

    — Из нынешних легионеров «Спартака» кто-то может заиграть в НБА или топ-клубах Европы?
    — В НБА, наверное, нет, но могут стать ролевыми игроками в командах, выступающих в Евролиге. Хоман и МакГрат вполне справятся с этим. Бертт может найти себе место по мастерству, но ему надо собрать голову и фокусироваться только на баскетболе. По соотношению цена/качество в «Спартаке» собрана неплохая команда. Как я и обещал, мы не были мальчиками для битья. Никто над нами откровенно не издевался. Если бы с самого начала был Бостич, мы бы вышли из группы в Кубке Европы.

    — Почему вы отдали капитанскую повязку американцу МакГрату?
    — Считаю, что он самый профессиональный человек в нашей команде. Понимает, как должен себя вести капитан. И пользуется большим уважением среди российских игроков.

    — По ходу сезона вы расстались с Нестеровым и Суровцевым…
    — Есть три причины, почему игрок находится в команде. Во-первых, ты должен быть хорошим игроком, дающим результат. Во-вторых, если ты ветеран, должен показывать позитивный пример для молодежи. В-третьих, ты настолько отличный персонаж, что без тебя нельзя представить команду. Оказалось, что у Нестерова и Суровцева нет этих качеств. Зачем тогда они нужны «Спартаку»? Лучше дать шанс молодым игрокам. С прицелом на будущее.

    Сожрать лучшего друга

    — Когда реально «Спартак» сможет играть своими воспитанниками, укрепленными парой иностранцев?
    — Вам никто не ответит на этот вопрос. Будущего Кириленко не надо высматривать в тренировочном зале. Его сразу видно. К сожалению, сейчас в Петербурге нет таких ребят. Есть те, кто старается изо всех сил, но у них что-то не выходит. А есть и другие, кто мог бы, но не сильно этого хотят. Сейчас такое время, что тренер не может быть и мамой, и папой. Ты должен завоевать свое место. А для этого сожрать другого, часто лучшего друга.

    — Президент «Спартака» Александр Урицкий заявил в одном из интервью, что в бюджете клуба на следующий сезон нет ни рубля. Вас напрягают такие слова?
    — На сегодняшний день все хорошо. Все деньги выплачиваются. Давайте закончим этот сезон, а потом будем думать о следующем.

    — Ваше будущее в «Спартаке» зависит от выступления в плей-офф?
    — Как и любого, находящегося в команде.

    — Вы считаете себя счастливым человеком?
    — К чему этот вопрос?

    — «Спартак» попал в плей-офф благодаря снятию «Донецка», в матчах на вылет имеет очень удачную сетку: «Триумф», «Летувос Ритас»...
    — Если вы посмотрите, в «Триумфе» есть четыре иностранца не хуже наших и три игрока сборной России. А в «Спартаке» нет даже кандидатов. Поэтому я не вижу здесь ничего удачного.

    — Скорее всего, в этом сезоне «Спартак» снова не сыграет с ЦСКА. Для питерских болельщиков это большая потеря. Вы согласны, что система Единой лиги ВТБ немного несправедлива?
    — Мне кажется, что регламент надо пересмотреть. В первую очередь в интересах российского баскетбола. Неудача сборной России на чемпионате Европы — серьезный сигнал. И нельзя сказать, что этот сезон пошел ей в плюс. Ведь новых имен не появилось. Наверное, нужно, чтобы в нашей лиге играло побольше российских команд. Тогда и российские баскетболисты получат больше игрового времени.

    Искать более выгодное место — это не про меня

    — В Петербурге всегда пристально следят за «чужаками», не прощают им ошибок. Вы уже чувствуете, что успели стать своим?
    — В баскетболе я не чужак. Мир, в котором я живу, — это баскетбол. И я стараюсь прежде всего найти место в этом мире. Хочется смотреть на себя именно с этой стороны. Не думать о каких-то географических привязках: питерский баскетбол, рижский, литовский… Все это интересно, но все-таки это один мир. И поскольку я оказался в Петербурге, здесь я стараюсь быть наиболее полезным, не слушаю недоброжелателей. Есть тренеры, которые приходят в клуб и сразу начинают присматривать себе работу в другом. Искать более выгодное место. Я не из таких. Мое желание — качественно трудиться в «Спартаке» и стараться пробыть здесь как можно дольше.

    — Но все-таки вам приходилось слышать критику болельщиков?
    — Всегда найдутся критики. Но собаки лают, а караван идет. Я с большим уважением отношусь к поклонникам «Спартака», да и многие из них помнят меня с тех времен, когда я приезжал сюда в юности. На глазах некоторых местных специалистов я рос здесь как игрок. И моя репутация должна быть достаточно высокой.

    — Чего не скажешь о репутации «Юбилейного», где вы делали первые профессиональные шаги.
    — Да, там я впервые сыграл за команду мастеров. Впечатления от дворца у меня действительно были неприятными. В «Юбилейном» постоянно играли в хоккей, большую часть времени лежал лед. Холодно. Ничего хорошего. Не лучшее место для баскетбола.

    — Когда подписывали контракт со «Спартаком», уточняли, на какой арене предстоит работать?
    — Нет. Даже мрачный «Юбилейный» в последнее время изменился. Я приезжал туда несколько лет назад, все стало лучше, чем раньше. Про «СИБУР АРЕНУ» и говорить нечего — прекрасные условия.

    Проще всего раскрыться в Америке

    — Петербург для вас — удобный город. Жена живет в Латвии — наведываться в гости недалеко.
    — Если вы посмотрите на мою карьеру, то поймете, что фактор месторасположения работы не имеет ключевого значения. Я работал и во Владивостоке, и в Екатеринбурге. Провел в восточной части России длительное время. Без сомнений, Петербург с точки зрения близости к Европе, — очень удачное место.

    — Но с двумя дочками встречаться все равно трудно, ведь они живут в США?
    — Раньше мы с женой старались выбираться к ним на Рождество. Но в последние годы не получается. Это было возможно тогда, когда я тренировал женские команды. У них рождественская пауза больше. В мужском спорте ситуация сложнее, отпуск короче. Так что сейчас встречаемся с дочками летом, когда заканчивается сезон. Они ведь тоже баскетболистки, получили образование в хорошем университете…

    — Как считаете, они талантливее вас?
    — Не думал об этом. О таланте вообще лучше не говорить, это сложное слово. Лучше рассуждать о способностях. Мои дочери играли в сборной Латвии по своему возрасту. Они были достаточно хороши, чтобы поехать в США и выступать на университетском уровне. На мой взгляд, это лучший вариант для девушки. Есть уникумы вроде Маши Степановой или Илоны Корстин, которые способны зарабатывать на жизнь баскетболом, но другим нужно еще и образование иметь. Кстати, мальчикам я советую то же самое. Если есть баскетбольный дар, в американском колледже его раскроют по максимуму. К тому же, имея американское образование, можно конкурировать не только на петербургском или рижском рынке труда, но и по всему миру.

    — Дочери говорят по-русски?
    — Не так хорошо, как на английском. И не так хорошо, как я. Но они все понимают.

    — Вы говорите очень хорошо.
    — Посмотрите, сколько лет я провел в России (смеется).

    Попал в НБА — уже герой

    — В 1992 году в Латвии очень не хотели, чтобы вы ехали на Олимпиаду выступать за Объединенную команду.
    — Да, были трудности и до Игр, и после них, но я считаю, что сделал правильный выбор в пользу сборной. На дальнейшую карьеру это не слишком повлияло, ничего не поломало.

    — До олимпийских медалей тогда не дотянули.
    — К сожалению, да. Были очень близки, но чего-то не хватило. В бронзовом матче проиграли Литве. Однако самым обидным стало поражение в полуфинале. Уступили хорватам одно очко. Если помните, тогда при штрафных действовало правило 1+1. Промахиваешься первым броском — второй не бросаешь. И вот хорваты стали играть грязно, рассчитывая на наши промахи при штрафных. Эта тактика оказалась для них победной.

    — Если бы не хорваты, в финале сыграли бы с той легендарной сборной США.
    — В то время выход в олимпийский финал уже означал звание лучшей команды мира. Среди любителей (смеется). Понятно, что с американцами бороться не мог никто. Именно там сборная 1992 года была той самой «дрим-тим». После нее — пародии. В то время разница между заокеанским и европейским баскетболом была гораздо больше, чем теперь. Тогда американцы смотрели на нас, как на динозавров. И мы на них так же.

    — На Олимпиаде у «дрим-тим», наверное, были особые условия проживания.
    — Они не жили в Олимпийской деревне. Обосновались в отдельной гостинице. Их приезд наделал шуму. Команды вроде Новой Зеландии вместо разминки перед игрой подходили к американцам фотографироваться.

    — Вам удалось перекинуться парой фраз с Майклом Джорданом?
    — Нет, не стремился к этому. Зато сразу после Игр я отправился играть в НБА.

    — Это случилось благодаря вашим удачным действиям на Олимпиаде?
    — Нет, я был подписан еще до Барселоны.

    — В «Миннесоте» вы надолго не задержались и вскоре вернулись в Европу. Почему?
    — Были разные трудности. Например, сейчас я хорошо знаю английский и разбираюсь в заокеанском баскетболе. А тогда не было ни языка, ни знаний. Тренер не доверял мне на все сто, поэтому шансов проявить себя на паркете у меня было немного. Хотя, на мой взгляд, в то время я не уступал в мастерстве многим американским игрокам. В конце сезона получил травму. И все-таки я вспоминаю тот период как положительный опыт. В то время сама поездка в НБА считалась большим успехом. Это сегодня мы смотрим на Шведа, Карасева, Мозгова и гадаем: получится ли у них, выйдут ли они на ведущие роли? А тогда все было проще: попал в НБА — уже герой.

    Знарок — мужик

    — Вы любите хоккей, ходили в этом сезоне на СКА. Что насчет «Зенита»?
    — В Петербурге хожу только на хоккей. Это если говорить о спорте. А так мы с женой побывали во всех крупных музеях, театрах.

    — Футбол не любите?
    — Просто не получается пойти на матч. Сейчас я не так пристально слежу за футболом. Раньше знал составы всех команд с номерами и возрастом. Я и теперь в курсе многих событий, но много внимания футболу не уделяю.

    — Если говорить о хоккее — вы ведь знакомы с Олегом Знароком. Как охарактеризуете его?
    — Знарок — мужик. То, что русские люди вкладывают в слово «мужик», они могут увидеть в Олеге. Я познакомился с ним, когда он еще был игроком. Знарок всегда отвечал на любые обиды, за словом в карман не лез. Он в высшей степени профессионал и лидер. В баскетболе есть тренеры-теоретики вроде Этторе Мессины. Я не говорю, что это плохо, но это действительно так. Знарок — практик. Именно такой тренер, на мой взгляд, нужен сегодня сборной России.

    — Знакомы ли вы с Вячеславом Быковым?
    — Со времен ЦСКА. Я тренировал женскую команду, а он — хоккейную. И мы с ним не раз пересекались в армейской столовой. Так что мы знакомы, но Олега Знарока я знаю лучше.


    Подпишитесь на рассылку лучших материалов «Спорт день за днём»

     


    Эксклюзив: легендарный тренер Геннадий Машьянов в программе «Первая перчатка»